Добро пожаловать на официальный сайт Россельхознадзора!
|
Пресса о нас

Версия для печати | Источник

Интервью Руководителя Россельхознадзора Сергея Данкверта на тему: «Продовольственная безопасность»

23 июля 2011 г.Журнал «Агробезопасность»

Данкверт Сергей Алексеевич, руководитель Федеральной службы по ветеринарному и фитосанитарному надзору © Центральный аппарат

— Сергей Алексеевич, сейчас все пытаются осмыслить новые отношения Таможенного союза, переосмыслить товарные отношения внутри СНГ. Какова Ваша оценка новых и старых возможностей внутрисоюзных рынков?— За последние 10 лет многое изменилось как в нашем сельском хозяйстве, так и в развитии отношений со странами СНГ и с другими странами. Если посмотреть наш товарооборот до 93-94-го года, то это один товарооборот. Если посмотреть товарооборот в 2001-2002 годах, то это уже другой. Сейчас – третий. Как это ни странно, изменения, которые мы ждали от развития торговли непосредственно внутри стран СНГ, не произошли, - случилось обратное. Многие наши коллеги, которые успешно занимали свое место на рынке, например, на рынке овощей, - такие, как Казахстан, Армения, Азербайджан, Узбекистан и Таджикистан, - с этих рынков практически ушли. Теперь тут совершенно другие страны, которые изначально заняли агрессивную политику. Такая же ситуация с импортом мясной и мясомолочной продукции. Устойчивое развитие, допустим, внутри стран СНГ в производстве этой продукции, наверное, только у Белоруссии. — Какие выводы из этого стоит сделать?— Я хочу сказать, что все-таки мы внутри нашего сообщества стран независимых государств недостаточно внимания уделяли концепции развитии продовольственного рынка в целом и продовольственных рынков конкретных стран. При этом отдельные наши страны, которые вступили в ВТО, не показали того роста производства продукции, которые можно было бы ждать от вступления. По крайней мере, основываясь на тех данных, которые у нас есть, я не могу говорить о том, что Украина, вступив в ВТО, начала успешно развивать сельское хозяйство. То же самое я не могу сказать о Киргизии.— А в чем, по Вашему мнению, просчет?— Особый интерес вызывает та политика, которую нам долгое время преподносили западные экономисты. Вы знаете, что в 90-е годы официально у нас в правительстве были западные советники, которые пропагандировали позицию нерегулируемого рынка. Я, честно говоря, из-за этого даже защитил диссертацию в 2005 году. Когда начал работать первым заместителем министра, подумал, что, наверное, чего-то не знаю, тогда Герман Оскарович Греф заставил меня защитить диссертацию, за что «спасибо» ему. Когда я начал изучать все эти вопросы, связанные с регулированием рынка, совершенно очевидно понял, что нам всем усиленно навязывали ту стратегию развития, которую сами страны - серьезные производители продовольствия - никогда не соблюдали и не хотели соблюдать. Нам проповедовали эти основы, очень успешно маскируя под стратегии стран-участниц ВТО. Все это пришло к тому, что на конференции, которую недавно проводили министры сельского хозяйства в Париже, президент Франции Николя Саркози сказал вещи совершенно противоположные тому, чему нас учили 20 лет подряд. А нас учили, что рынок должен быть свободным и мы должны обеспечить на свой рынок свободный доступ всех видов товаров, а теперь президент Саркози сказал дословно так: «Сельскохозяйственный рынок без регулирования – это не рынок».— То есть, на самом деле, политика Запада совершенно отлична от той, что нам насаждали все эти годы?— Политика Запада меняется, и никто не придает этому значение. Эти выражения Саркози, Вы, наверное, нигде в прессе не найдете, потому что они очень не выгодны для тех, кто учил нас совершенно другому. «Мировой сельскохозяйственный рынок – самый непрозрачный из всех… В Чикаго объем торгов в 46 раз превышает годовое производство пшеницы США, в 24 раза больше объема урожая кукурузы. И мне говорят, что никакой спекуляции нет. На чикагской товарной бирже 85% покупателей занимают чисто финансовые игроки, чей бизнес никак не связан с торговлей товарами. Наш мир утратил чувство реальности, чувство подлинности, ценности. Такой тип капитализма не имеет ничего общего с нашими ценностями. Капитализм, который мы хотим, это капитализм реального производства, а не чисто финансовый капитализм». Я Вам эти слова привел не случайно. В 2000 году, - я тогда работал первым заместителем министра сельского хозяйства, - мы старались в государстве принять те нормы государственного регулирования на рынке, которые бы позволили развиваться сельскому хозяйству. Тогда мы сумели это сделать общими усилиями и непосредственно под руководством нашего на тот момент Президента, Владимира Владимировича Путина, так как он принимал решение по каждому из пунктов программы, принятой в 2001, 2002, 2003 годах. Это и льготное кредитование, это и создание института агролизинга, это и введение квот. То, что тогда сделало государство, привело к дальнейшему росту сельскохозяйственного производства.— И тем не менее, какие тенденции в торговле прослеживаются в рамках Таможенного союза и стран СНГ?— Внутри Таможенного союза и рынка СНГ заметен сильный спад торговли. Потому что более активные игроки на этом рынке стали стараться, мягко говоря, «подмять» рынок под себя. В первую очередь это относится к нашим европейским, а также американским и бразильским коллегам. При этом, ни для кого не секрет, что мы открывали торговлю с Бразилией в 2001 году, понимая, что Бразилия – это конкурент США на нашем рынке. И потому он нам необходим для того, чтобы балансировать и не создавать монополию одного государства. Через какое-то время аналогичная ситуация была и с Бразилией. Мы были вынуждены заниматься торговлей со многими странами Южной Америки, - в большей степени это касается говядины. Открыли такие страны, как Парагвай, Уругвай, Аргентина, Чили, Колумбия. И все это в комплексе привело к разговорам о том, что рынок России по каким-то причинам ограничивается ввозом каких-то товаров каких-то предприятий.Если Вы обратили внимание, Россельхознадзор практически к странам в целом никаких мер в последние годы не принимал, несмотря на то, что есть определенная глобализация в торговле продовольственными и товарами животного происхождения. Мы создали такую систему, которая позволяет допускать на рынок те предприятия (это касается и стран СНГ в том числе), которые хотят работать с Россией и выполняют требования и нормы Российской Федерации. Это либеральный путь. Хотя он создает определенные препятствия для тех стран, которые хотят монополизировать наши рынки. Вы понимаете, что создание системы продовольственной безопасности для нас является новым явлением. Хотя мы практически 10 лет работаем в этом направлении.— Вы затронули тему безопасности, какие здесь существуют проблемы?— Если говорить о проблемах внутри стран СНГ, то здесь нужно подчеркнуть, что при увеличении продукции животного и растительного происхождения необходимо вкладывать средства в ветеринарию и фитосанитарию, иначе мы будем идти по тому пути, который прошли Китай и Бразилия. Эти страны резко увеличили производство, а впоследствии это производство пострадало от заболеваний, которые имелись в стране. Вот еще пример. При всем при том, что Европейское сообщество и такая страна, как Англия, являются высоко цивилизованными и развитыми, вкладывают большое количество средств, именно оттуда вышли основные заболевания, которые сегодня либо подошли к нашим границам, либо уже попали на территорию нашей страны. И сегодня Европа нас учит, что с этими заболеваниями можно жить. Вы помните, когда ящур возник в Англии, через неделю он уже появился в Голландии. Так же сейчас произошло с блютангом, заболеванием катаральной лихорадкой, которую распространили от Англии практически на все страны. Теперь это заболевание уже на границе с Польшей и Беларусью. А нас все еще учат, что на все это не нужно обращать внимание, нужно делать вакцинацию. При этом наш анализ вакцинации во Франции показал, что фермеры ее просто не делают ввиду больших затрат.Поэтому существуют высокие риски при активном развитии сельского хозяйства, в которое вложены огромные деньги. Я повторю – огромные деньги, которые вложили мы и в птицеводство, и в свиноводство и вкладываем сейчас в говядину. Вот только в Брянской области открываются две площадки. Завозятся 30 тысяч голов мясного крупного рогатого скота. Это крупнейшее вложение. И пострадать при этом от каких-то заболеваний – совершенно неприемлемо!— То есть благополучие человека во многом зависит от здоровья животных?— Определенно. Почему концепции, которые провозглашены Всемирной организацией здравоохранения, говорят, что концепция единого мирового здоровья в следующем: человек и животное - единое здоровье? Потому что слишком многое связывает человека и животное. Относительно обнаружения в Европе кишечной палочки: мы сразу сказали, что никакие овощи здесь ни при чем. Источником является только продукция животноводства, а бактерии E.coli возникли в кишечниках животных. Почему они возникли? Поскольку и Европейское сообщество, и американские коллегии норму содержания антибиотиков в продукции держат очень высокой. И нас сейчас заставляют, чтобы мы при вступлении в ВТО эти нормы для себя приняли. А грозить это будет тем, что те возбудители болезней, которые были слабыми из-за большого остаточного количества антибиотиков, станут сильными и не восприимчивыми ни к одному антибиотику. Что и произошло на примере Германии. Исходя из этого, считаю, что мы должны для себя понять, что мы свой рынок можем развивать тогда, когда у нас развиты все службы, которые обеспечивают все запасы продовольствия.В рамках наших соглашений, которые мы развиваем внутри Таможенном союза и стараемся гармонизировать в нашей политике, действия способствуют только одному - безопасности пищи. Это определяющий фактор здоровья нации, сохранения генофодна, качества и продолжительности жизни людей.— А что можете сказать о качестве российской продукции, пользуется ли она спросом в других государствах?— Наша продукция, которая по многим параметрам более безопасна, не пускается на западный рынок. Я Вам приведу пример. Мы потратили уже 8 лет на то, чтобы аттестовать мясо и мясопродукцию для европейского рынка. У нас проводились десятки инспекций европейскими специалистами. Но результатов пока нет. Европейская система вся основана на одном - не пустить нас на рынок. Если Россия готова работать с отдельными землями, к примеру, Германии и Голандии, которые выполняют ветеринарно-санитарные нормы, то Европейское сообщество нас воспринимает как целую страну, от Брянска до Владивостока. Исходя из этого, ждать, что нас пустят на этот рынок, не приходится. Но вместе с тем, в рамках Таможенного союза мы начали проводить те мероприятия, которые в значительной степени направлены на предание большей значимости и создание в нашей сельскохозяйственной экономике экспортной ориентации. И я уверен, наша экономика в ближайшее время может стать экспортно-ориентированной. И эта ориентация должна в первую очередь распространяться на страны и рынки СНГ.— Спасибо.

Категории: Интервью , Ветеринария , Руководство

Ключевые слова: Интервью , Безопасность , Данкверт С. А.